Нелли Ковальская

Журналист – это человек, который не знает, что такое «жалеть себя»

 Кто, как не наши выпускники, смогут дать действительно дельный совет и развеять сомнения и страхи будущего журналиста. За их плечами бесценный опыт «варки в профессии». В этом году мне повезло особенно, ведь выпала возможность побеседовать с репортером телеканала «1+1» Нелли Ковальской, выпускницей нашей кафедры журналистики, учившейся по специальности «издательское дело и редактирование».

– Нелли, почему Вы выбрали именно эту специальность?

– Длинная история. Был 2000 год. У меня был взрослый друг-писатель, который, в свое время, закончил филфак. Он подрабатывал в журнале «Пассаж» и как-то получил редакционное задание – взять интервью у немецкого режиссера (имени не вспомню), снимавшего исторический фильм на Одесской киностудии. Мы пошли интервьюировать вместе, и я впервые в жизни увидела кухню сразу двух профессий. Влюбилась в обе, забрала документы с факультета романо-германской филологии и поступила учиться на журналиста. Успела только на «заочку», а через семестр перевелась на стационар.

– Чем запомнились Вам годы учебы?

– Могу сказать одно – я много работала.

– Вы «варились в собственном соку» или Вас все-таки сподвигли преподаватели?

– У нашей группы (а мы были вторым набором на нашу специальность) особой близости с преподавателями не было никогда, так уж вышло. Я лично искренне обожала многих.

– Если не секрет, кого именно? Есть такие, кого Вы до сих пор вспоминаете?

– Елену Андреевну Иванову. Она была абсолютным кумиром, конкурентов не было. Лекции по теории произведения до сих пор всплывают в голове отдельными цитатами. А вообще, всех помню, конечно. Жалко, что в факультетских сообществах мало фотографий тех преподавателей, которые нас учили.

– А студенческие практики у Вас были? Какими они Вам запомнились?

– Мне везло с руководителями практики. Первым, к кому попала, был Владимир Сафронович Новак, он тогда руководил корпунктом Укринформа. Он как-то сразу в меня поверил и давал настоящие сложные задания. Заставил, например, взять интервью у настоящего министра: в Одессе проходила какая-то экологическая конференция, надо было поймать министра на выходе и задать какие-то там вопросы. Поджилки тряслись от страха! Но все получилось. Когда с расшифрованным интервью возвращалась в офис, казалось, что троллейбус не едет, а летит по воздуху, такое было счастье! Через пару месяцев после практики мне даже прислали гонорар за работу. Чувство было, как в анекдоте: ничего себе, за это еще и платят?!

– На Вашем курсе выпускали студенческую газету? Если да, то в чем была ее изюминка?

– Мы, к сожалению, тогда газету не выпускали, этим занимались наши коллеги-журналисты, а мы помогали им с версткой. Крутую газету делал Остап (Остап Кушнир – один из студентов-журналистов – Л. К.), она, вроде, называлась «Стріха».

– Что было главным для Вас на кафедре журналистики?

– Название! На самом деле, ни один ВУЗ не может научить работать. Мир слишком быстро меняется, и конкретные стандарты, которые заставляют зазубривать наизусть, через два года уже будут совершенно неактуальными. Университет может научить учиться, думать и пользоваться информацией. Этих умений вдобавок с эрудицией вполне достаточно, чтобы добиться успеха в профессии.

– Писать Вас научили на факультете или же это пришло с опытом?

– Только с опытом. У каждого СМИ, у каждого редактора свои стандарты и представления о прекрасном. Ни один ВУЗ не научит чувствовать стиль.

– Где Вы работали по окончанию учебы?

– Я начала работать между первым и вторым курсом, в 2002 году, – страшно сказать. Сначала – Укринформ, оттуда, буквально сразу, попала на телеканал «Одесса». Он до сих пор выходит в эфир, им руководит Марина Жуковская, а основала его Нелли Харченко, легендарная одесская ведущая. Я категорически была против работы «в телевизоре», заставила туда пойти Инна Александровна Русняк, еще одна любимая преподавательница. Сплошные случайности: Инна Александровна познакомилась в поезде с Игорем Пупковым, он рассказал, что канал ищет журналиста, она рассказала об этом мне и, буквально, заставила пойти на собеседование. Я пошла – и в тот же день поехала на съемку. Бросить это дело, оказалось, уже невозможно. Мы с Игорем проработали на канале «Одесса» несколько лет, в начале 2004 его пригласили на Интер, а в 2005, сразу после оранжевой революции и защиты диплома, я уехала в Киев.

– В чем особенность Вашего сегодняшнего места работы?

– Я работаю репортером на «1+1», в ТСН. Все события с ноября по февраль 2013-2014 годов видела своими глазами, была и на Майдане, и на Грушевского. Через три недели лечу на канонизацию Иоанна Павла Второго. Насчет особенности, однозначно, – это лучшие новости страны. Потому что есть команда, которая состоит из фанатов профессии.

– Есть ли цензура на 1+1? Помню момент трехнедельной давности: тогда Алла Мазур в прямом эфире сказала, что захват Крыма – это только первый шаг В. В. Путина, а следующими будут – Херсон, Николаев и Одесса. Интересно, имеет ли журналист право на такие заявления, и как к этому относится руководство?

– Цензуры нет. По поводу Аллы: я уверена на 99%, что она сослалась на кого-то или допустила такое развитие событий, утверждать она не могла.

– Для Вас идеальный журналист – это…

– Это человек, который не утратил любопытства. И который не знает, что такое «жалеть себя».

– Что бы Вы пожелали факультету и его студентам?

Студентам – не ограничивать себя рамками, выкинуть из головы все шаблоны, быть смелыми и не терять интереса к жизни. Того же – факультету, в общем-то. Ему еще

Спасибо!

записала Лолита Кожемякина